Вино из одуванчиков

«Вино из одуванчиков», «Лето, прощай» Рэй Брэдбери

«Вино из одуванчиков – это уловленное и закупоренное в бутылки лето.»

Закаты обожают за то, что они случаются однажды и исчезают.

Вино из одуванчиков —  это сборник рассказов, объединенных в одну книгу о лете 1928 года в вымышленном городке Гринтаун. Главным героем большинства рассказов является двенадцатилетний Дуглас Сполдинг. Дуглас – это сам Рэй Брэдбери и его воспоминания о своем детстве. Дуглас – второе имя Рэя Брэдбери, а Сполдинг – девичья фамилия его бабушки.

У Дугласа есть младший брат Том, родители, бабушка, дедушка и прабабушка. В первый день лета Дуглас осознает главную истину – он живет, не просто живет, а ощущает это каждой своей клеточкой. Мир вокруг становится ярче и звонче, Дуглас хочет запомнить каждый день лета, для этого заводит специальный блокнот, куда записывает в одну колонку традиции и обряды, а другую новое, чего еще раньше не бывало.

Дедушка Дугласа каждое лето снимает три урожая одуванчиков, и готовит вино, которое потом закупоривают в бутылки и подписывают дни. И потом можно пережить среди зимы несколько минут лета, и это лучше чем отнести вещи на чердак и никогда ими не пользоваться.

Помимо историй про Дугласа в книге есть истории про других жителей городка, например про старого полковника «Машину времени»,  двух дам, разъезжающих на электрокаре Зеленой машине, Лео Ауфмане и его машине счастья и других. 

Самая пронзительная история – это история умирающего полковника, который звонит в различные города, например Буэнос-айрес  своим друзьям и просит их подойти к раскрытому окну и дать послушать город. Мне очень запомнился  рассказ о пожилой Хелен лумис и молодом репортере, с которым они беседуют за чаем три недели, и какие слова она говорит ему на последок. Или о том, как бабушка разучилась готовить.

Эту книгу очень здорово читать в августе, потому что можно не только прочитать, но и насладится этим летом из книги, эти летними вечерами, посиделками на веранде, когда постепенно становится темнее и все постепенно затихает.

В книге очень много мудрых мыслей о том, что такое истинное счастье, о мелких жизненных радостях, о семье. Например перед смертью прабабушка говорит Дугласу:

«Важна не моя плоть, что распростерта здесь, а мое продолжение, которое сидит на краю кровати и глазеет на меня, готовит внизу ужин, лежит в гараже под машиной или читает в библиотеке. Важно все новое, что произошло от меня. Я сегодня не умираю окончательно. Тот, у кого есть семья, не умрет.»

Книга мне очень понравилась, я обязательно куплю ее в бумажном виде и буду перечитывать еще много раз.

Что касается книги «Лето прощай», она была издана спустя полвека после предыдущей и она очень сильно отличается и по смыслу и по стилю. Мне эта книга не понравилась, в ней нет этого очарования, которое есть в Вине из одуванчиков.

В книге «Лето, прощай» мальчишки городка Гринтаун не хотят взрослеть, не хотят, что б время шло вперед и борются с этим по-своему.  Я прочитала книгу радуясь, что она короткая. Изначально эта книга должна была быть частью «Вина из одуванчиков», но как пишет Рэй Брэдбери в послесловии, редактор хотел сократить рукопись, и от этой главы отказались, а потом она выросла в самостоятельное произведение.

Цитаты из книги «Вино из одуванчиков»

Посиделки на веранде летними вечерами доставляли такое удовольствие, блаженство и умиротворение, что от них ни в коем случае невозможно было отказаться

Каким-то образом тем, кто шьет тенниски, известны нужды и желания мальчишек. Они изготавливают подошвы из зефира с пастилой и встраивают в них извилистые пружины, а остальное сплетают из трав, обесцвеченных и опаленных пустыней. Где-то в пластичной глине кроссовок запрятаны тонкие прочные оленьи жилы. Те, кто делает тенниски, наверное, долго следили за ветрами, качающими кроны деревьев, за реками, впадающими в озера. Так оно или нет, но что-то такое заложено в кроссовки, и это нечто есть лето.

Билл, когда тебе будет столько же, сколько мне, ты поймешь, что маленькие наслаждения и радости важнее больших.

Лео, твой просчет заключается в том, что ты забыл о том часе и дне, когда нам всем предстоит выбраться из этой штуки и вернуться к грязной посуде и незаправленным постелям

К тому же, давай начистоту, Лео, сколько можно пялиться на закат? Кому нужен вечный закат? Кому нужна идеальная температура? Кому нужно, чтобы воздух всегда благоухал? Так что спустя некоторое время кто будет обращать на это внимание? Лучше закат на одну-две минуты.

Закаты обожают за то, что они случаются однажды и исчезают.

Да уж куда лучше, чем отнести вещи на чердак и никогда ими больше не пользоваться. А так ты можешь пережить лето за минуту или две на протяжении всей зимы. И когда бутылки опустеют, лето уйдет навсегда, – и никаких сожалений, никакого сентиментального сора, о который будешь спотыкаться еще сорок лет. Чисто, без шума и пыли, вот это и есть вино из одуванчиков.

Господь, благослови газонокосилку, подумал он. Какому глупцу пришло в голову учредить первое января началом Нового года? Нет, следует назначить наблюдателя за травами на бесчисленных лужайках Иллинойса, Огайо и Айовы, и в то утро, когда трава подрастет настолько, что ее можно косить, а не трещать, дуть в рожки и вопить, должна зазвучать великая симфония газонокосилок, пожинающих свежую траву на землях прерий. Вместо конфетти и серпантина следует брызгать друг в друга травой один день в году, который действительно представляет собой Начало!

Пообещайте не доживать до слишком почтенного возраста, Уильям. Если вам будет удобно, умрите до пятидесяти. Возможно, для этого понадобится приложить некоторые усилия. Но я советую вам это просто потому, что неизвестно, когда народится новая Хелен Лумис. Представьте, как будет ужасно, если вы доживете до очень преклонных годов и однажды в полдень, в тысяча девятьсот девяносто девятом году, прогуливаясь по Главной улице, встретите меня в возрасте двадцати одного года; и что же, все опять перевернется вверх дном? Я сомневаюсь, чтобы наши полуденные посиделки повторились, какими бы приятными они ни были, а вы? Тысяча галлонов чая, пятьсот бисквитов хватит на одну дружбу. Так что как-нибудь лет через двадцать у вас должен случиться приступ пневмонии, ибо я не знаю, сколько лет вам будет дано жить в противном случае. Может, они вас немедленно отошлют обратно. Но я сделаю все от меня зависящее, Уильям. И все встанет на свои места и уравновесится.

Важна не моя плоть, что распростерта здесь, а мое продолжение, которое сидит на краю кровати и глазеет на меня, готовит внизу ужин, лежит в гараже под машиной или читает в библиотеке. Важно все новое, что произошло от меня. Я сегодня не умираю окончательно. Тот, у кого есть семья, не умрет.

Читайте также:

Добавить комментарий